Правовая позиция по законности и исполнимости постановления/приказа "Об обязательной вакцинации"

Правовая позиция по законности и исполнимости постановления/приказа "Об обязательной вакцинации", а также по законности принуждения к участию в медицинском эксперименте На текущий момент все препараты, называемые вакцинами от COVID-19, зарегистрированные в упрощенном порядке и разрешенные для применения на территории РФ, проходят ту, или иную  фазу клинических исследований: Реестр разрешений на проведение клинических исследований [РКИ]

Тогда как только в четвертой фазе проводится постклинический мониторинг, который позволяет получить детальные данные о действенности вакцины, ее безвредности и возможных побочных явлениях. При таких вводных говорить о гарантиях безопасности и эффективности указанных препаратов невозможно. Пока клинические исследование не завершены – это медицинский эксперимент, о чем прямо указано на упаковке любого препарата, используемого для «профилактической вакцинации» от COVID-19. Об этом же свидетельствует то обстоятельство, что перед инъекцией таких препаратов гражданину предлагается подписать «добровольное информированное согласие на вакцинацию». Практика показывает, что если кто-то отказывается от подписания такого согласия, или вместо слово «добровольное» вписывает слово «принудительное» (вариант — по приказу работодателя), то медицинские работники прививочных кабинетов отказываются делать инъекции препаратов от COVID-19.

В соответствии с п. 41 статьи 3 Федерального закона «Об обращении лекарственных средств», клиническое исследование лекарственного препарата - изучение диагностических, лечебных, профилактических, фармакологических свойств лекарственного препарата в процессе его применения у человека, животного, в том числе процессов всасывания, распределения, изменения и выведения, путем применения научных методов оценок в целях получения доказательств безопасности, качества и эффективности лекарственного препарата, данных о нежелательных реакциях организма человека, животного на применение лекарственного препарата и об эффекте его взаимодействия с другими лекарственными препаратами и (или) пищевыми продуктами, кормами 

Согласно определению, данному в федеральном законе «Об иммунопрофилактике инфекционных болезней», профилактические прививки есть введение в организм человека иммунобиологических лекарственных препаратов для иммунопрофилактики в целях создания специфической
невосприимчивости к инфекционным болезням.

То есть, при совокупном толковании приведенных  и других норм федеральных законов, профилактические прививки от COVID-19 могу проводиться только препаратами с доказанной безопасностью и эффективностью, создающими специфическую невосприимчивость в инфекционному заболеванию COVID-19. Поскольку все эти характеристики -  безопасность, эффективность и создание специфической невосприимчивости — могут быть установлены (или тезисы о них опровергнуты) только по результатам экспертиз завершившихся клинических исследований экспериментальных препаратов, то говорить о возможности прохождения «ПРОФИЛАКТИЧЕСКОЙ ПРИВИВКИ ОТ COVID-19» нельзя, поскольку иммунопрофилактирующих препаратов с доказанным эффектом создания специфической невосприимчивости к COVID-19 на территории РФ попросту ещё нет. То есть ни в медицинском, ни в юридическом плане нельзя называть «вакциной от COVID-19» биотехнологический экспериментальный препарат, клинические исследования которого не завершены, и, соответственно, в отсутствие положительного заключения экспертизы результатов клинических исследований такого медицинского препарата. 
Из приведенного выше следует, что  все требования  санврачей, губернаторов и работодателей, обязывающих под угрозой лишения тех или иных прав людей пройти «профилактическую вакцинацию от COVID-19», не только незаконны, но и неисполнимы в принципе.  
  
Кроме того, принуждение к участию в медицинских экспериментах запрещено международным правом, Конституцией РФ и федеральными законами, а также Нюрнбергским кодексом.  Международным правом такое принуждение квалифицируется, как тяжкое уголовное преступление. В российском уголовном кодексе отсутствует статья с такой диспозицией, но уголовная ответственность за принуждение к участию в небезопасном медицинском эксперименте может и должна наступать в соответствии с другими статьями уголовного кодекса, например статьями главы 16 УК РФ  (Преступления против жизни и здоровья), статьями 136, 238, 330 и 357 УК РФ.
«Вакцинация» против новой коронавирусной инфекции влечет риск здоровью и жизни, о чем явно свидетельствует п. 9.4 Временных методических рекомендаций «Проведения вакцинации взрослого населения против COVID-19» (утверждено Министерством здравоохранения РФ 2 июля 2021 г.), согласно которому, к побочным проявлениям после иммунизации относятся все, потребовавшие госпитализации, либо закончившиеся летально.

Вакцинация препаратами, исследования безопасности которых не завершены, и потенциально связаны с угрозой безопасности, жизни и здоровья людей является прямым нарушением закона, а в случае наступления тяжелых поствакцинальных осложнений подобные приказы могут явиться основанием для привлечения лиц, их издавших, к административной, гражданско-правовой и уголовной ответственности.

Подготовил: Денис Шульга

Комментарии